Художественный руководитель театра Дмитрий Бертман

Бертман: чувствовал, что стану предателем, если уеду из России

872
(обновлено 11:04 21.10.2016)
Художественного руководителя "Геликон-оперы" не сломили ни годы нужды, ни заказные нападения, а его театр, открывший в отреставрированном здании второй сезон, стал жемчужиной культурной жизни Москвы.

ТАЛЛИНН, 19 окт — Sputnik, Алексей Стефанов. Создатель и бессменный художественный руководитель Московского музыкального театра "Геликон-опера", народный артист РФ Дмитрий Бертман рассказал Sputnik, как еще школьником проникал в театры, а в 90-е вместе с друзьями работал бесплатно, как для декораций использовал картон, который собирал на улице, и дважды становился жертвой заказных нападений — его принуждали отказаться от усадьбы Шаховских, в которой сейчас располагается "Геликон-опера". А еще о том, какие мистические вещи происходят в этом старинном здании.

Культура может сделать больше, чем политика

- Дмитрий Александрович, в первую очередь хочется спросить, как вы оцениваете прошедшие в Москве и Таллинне обменные гастроли музыкального театра "Геликон" и Эстонской национальной оперы?

— Гастроли прошли потрясающе. Мы дважды сыграли на сцене Эстонской национальной оперы "Царскую невесту", прошел замечательный концерт с эстонскими певцами. А в Москве мы тепло встретили эстонцев: вся навигация была написана на эстонском языке, для них это был сюрприз. Весь театр был заставлен шоколадом, чаем, кофе — для того, чтобы они чувствовали себя как дома. И они сыграли на сцене "Геликон-оперы" оперу "Фауст" и балет "Гоблин". Также с огромным успехом прошел концерт.

Эти гастроли подтвердили, что никаких проблем в культурной сфере нет и культура может сделать гораздо больше, чем политика. Надеемся, что наша дружба будет продолжаться и гастроли Эстонской национальной оперы в Москве станут регулярными, как это было когда-то давно в Советском Союзе.

Сцена из оперы Фауст
© Фото: Анна Молянова, "Геликон-опера"
Сцена из оперы "Фауст"

Профессию выбрал благодаря Бабе-яге… дяде Володе

- Первое потрясение от театра вы испытали в четыре года, когда родители после спектакля "Зайка-зазнайка и три поросенка" отвели вас за кулисы и вы увидели там Бабу-ягу, которая сняла парик и… оказалась папиным приятелем дядей Володей. Эта история и определила для вас будущее?

— У меня был шок — в голове не укладывалось, что такое может быть. Но да — именно после этого театр стал для меня главным в жизни. А потом музыка — фортепианное образование, концерты в Большом зале консерватории, на которые меня водила мама по нескольку раз в неделю. Так меня и повело в сторону оперы.

- И когда вы поняли, что именно опера, а не театр вам ближе?

— В классе четвертом-пятом. Мне кажется, что опера намного интереснее драматического театра. В опере всегда торжество, праздник — красивые костюмы, огромные декорации, массовые сцены, оркестр, хор и поющие артисты. Меня это очень впечатляло. А в драматическом театре, к сожалению, музыки и пения всегда не хватает.

- В какие театры вы ходили — в Большой, наверное?

— Большой театр был менее доступен для меня, туда сложнее было прошмыгнуть.

- Прошмыгнуть?

— Вообще-то, я знал все лазейки. Скажем, в Музыкальный театр Станиславского и Немировича-Данченко я проходил обманными путями, через служебный вход, прятался в ложе и оттуда тайком наблюдал за репетициями. И знал весь репертуар и каждого артиста. А вот в Большой театр было сложнее попасть — меня бы просто по росту туда не пустили. Когда подрос, наловчился заходить через актерские подъезды — первый или пятый. Надо было подгадать, чтобы кто-нибудь шел группой и присоединиться к ним. А дальше, в здании, я отлично ориентировался.

Либо поступал иначе — покупал самый дешевый билет на галерку в любой театр и ждал свободного места в партере. Либо, как в Кремлевском дворце съездов, тоже покупал билет на галерку за 30-50 копеек, затем шел в банкетный зал — поднимался туда на эскалаторе, съедал там вкуснейший жульен, выпивал стакан "Тархуна", шел на кухню, быстро проходил через нее, садился на лифт и спускался на сцену…

Сцена из оперы Фауст
© Фото: Анна Молянова, "Геликон-опера"
Сцена из оперы "Фауст"

Поступил в ГИТИС случайно. Дважды…

- Именно на сцену? Зачем?

— Мне было интересно изнутри наблюдать за тем, как идет спектакль, как выходят артисты, что происходит с другой стороны кулис… Я вообще любопытный. Поэтому и поступил в ГИТИС еще школьником, когда мне было только 15 лет. Потом, когда уже через год стал учиться в этом институте, избегал преподавателя, который мне это постоянно припоминал.

- Как же так получилось?

— В Москву приехал поступать на актерский факультет сын папиного школьного друга. Я его проводил в ГИТИС, а он мне и говорит: "Пошли со мной на экзамен". Я какие-то стихотворения знал и тоже отправился на актерский факультет. А там для первых двух туров документы не нужны. Вот я их и прошел. Меня потом вызвал профессор ГИТИСа Оскар Яковлевич Ремез и сказал: "Ты не ту программу читал, мне дураки нужны, а ты как раз по амплуа дурак, надо было какую-то дурацкую программу читать, а не Мандельштама. Но не важно — если ты точно не поступаешь в другой театральный вуз, я тебя стопроцентно беру". А я ему: "Я точно никуда не поступаю, я еще не окончил школу. Только через год будет аттестат". Профессор меня и выгнал с треском.

Зато когда я через год поступал, уже читал не Мандельштама, а "Конька-горбунка" про Ивана-дурака. Выходит, благодаря этой дерзости я получил ценный совет — Ремез меня направил, объяснил, что никакой серьезной поэзии мне читать не нужно.

Материал для декораций приходилось воровать

- Ваша карьера — вообще сплошные случайности и парадоксы. Театр "Геликон" вы тоже не планировали создавать, но решили помочь своим однокурсникам.

— Да, цели не было. У нас была классная компания — Таня Моногарова, Сергей Яковлев, Света Куликова, Катя Мельникова и Рената Гинзбург. А надо понимать, что это 90-й год, все разрушено, в Москве опасно просто по улицам ходить. Мы пять лет проучились вместе, но никому не нужны. Вот и держались этой маленькой группой, решили ставить оперы, но все, что можно было придумать на пятерых, уже ставилось в начале ХХ века и не было популярно.

- Это те самые первые постановки, которые казались зрителю интересными только в самом начале, а затем зал был пустой?

— Да, две первые оперы заинтересовали зрителя, а затем к нам перестали ходить. Никто про нас не знал, афиш не было — мы сами тушью писали на листах объявления и клеили их по Москве. А материал для декораций и вовсе… воровали. Тогда только-только в Москву начали завозить компьютеры, коробки из-под них были громадными и идеально подходили для нас. Но это сейчас коробки считают мусором, а тогда не выбрасывали, и за ними приходилось охотиться. Вот мы и шли всей компанией, как тимуровцы какие-то, и тащили их.

Сцена из оперы Фауст
© Фото: Анна Молянова, "Геликон-опера"
Сцена из оперы "Фауст"

Спектакль для двоих

- Когда увидели, что зритель перестал ходить в ваш театр, не захотелось все бросить и закрыть "Геликон"?

— Мысли такие, конечно, посещали. Особенно однажды, когда нужно было начинать, а в зале не было ни одного человека. Мы уже опустили руки и вдруг слышим за дверями топот ног, в зал вошли двое. Стали играть для них. И оказалось, что это великие Святослав Рихтер и Нина Дорлиак. Они по дороге из консерватории увидели нашу афишу и заглянули. Тогда мы расстраивались, а теперь понимаем, какое это было счастье — играть спектакль для Рихтера и Дорлиак. Потом они стали ходить к нам постоянно. Но один раз мы играли только для них двоих.

- А на что же вы жили?

— Да ни на что — для нас, двадцатилетних, это было как кружок, а кормили нас родители. Хотя билеты все-таки продавали.

А первые деньги заработали, когда нас пригласили на фестиваль в немецкий город Ингольштадт. Этот баварский город был побратимом Краснопресненского района Москвы, в нем проходил фестиваль-выставка цветов. И одна из организаторов фестиваля с российской стороны решила, что опера Моцарта "Аполлон и Гиацинт", которую мы поставили, как раз о цветах. А она совсем не про это, но я сказал, что все верно. Мы быстро все переделали, как будто опера и вправду про цветы, и поехали в Ингольштадт.

Во-первых, за выступление нам хоть и мало, но заплатили, а во-вторых, мы купили там на заправке ржавый-прержавый "Опель Сенатор" за тысячу марок. С Вадиком Заплечным — нашим солистом, ныне заслуженным артистом России — перегнали его в Москву и продали уже за 5 тысяч долларов. И вот эти деньги мы и пустили на зарплату и прочие нужды. Это была просто огромная сумма на тот момент.

Папка Ростроповича

- Вы как-то признались, что нечем было платить музыкантам и они приходили только за два часа до спектакля и читали все с листа.

— Да, мы-то работали бесплатно, а оркестра у нас не было. И нужно было нанимать музыкантов — пять человек, квинтет, и платить им, но денег было крайне мало. Поэтому они читали с листа, без репетиции, исполнение было плохим, и критики нас очень ругали. Хотя сами музыканты были хорошими, из Большого театра приходили к нам шабашить.

А потом стало модно нас ругать. У меня вон папка стоит под названием "Говно" (указывает на шкаф) — это коллекция отрицательных статей в прессе. Мне Мстислав Леопольдович Ростропович посоветовал ее завести. Более того — он сам ее назвал, выбрал, как говорил, "цвет пожиже" и приклеил название на корешок папки. Сказал: "Не переживай, ты должен завести папку и собирать коллекцию. Потом еще будешь с нетерпением ждать каждую плохую статью о себе и театре, чтобы пополнить коллекцию". Мстислав Леопольдович был прав — до сих пор коллекционирую.

Сцена из оперы Фауст
© Фото: Анна Молянова, "Геликон-опера"
Сцена из оперы "Фауст"

Все говорили — уезжай, но я остался

- Музыкальному театру "Геликон-опера" уже 26 лет. Не хотелось за это время все бросить и уйти?

— Хотелось, конечно. Особенно, когда года через четыре после начала деятельности, работая вот этим узким кругом, мы поняли, что устали друг от друга. Пять лет учебы в институте плюс еще четыре — уже девять получается. Даже в семьях, когда двое живут, никуда особо не выходят, общаются только друг с другом, начинаются трения. Вот и мы начинали все чаще раздражаться. А потом к нам стали приходить новые люди, и все разрешилось.

Но самый страшный момент в моей карьере был, когда началась эта борьба за землю и усадьбу Шаховских. Вот тут были уже вещи опасные для жизни. Мы выехали из театра на Большой Никитской, там начался ремонт, и на меня начали давить, принуждая отказаться от здания, а затем и вовсе были нападения…

- На вас нападали? Кто?

— Да, шла настоящая война. Была придумана такая кампания, что мы разрушаем наследие, памятник архитектуры. По всем каналам телевидения нас обливали грязью. Мне недавно, кстати, показали документы, и теперь я знаю, кому это здание уже было гарантировано. Стало понятно, как это делалось. Но тогда все было очень тяжело, отвратительно. И на меня были совершены два нападения. После первого у меня было сотрясение мозга, и еще меня пырнули ножом. Но обошлось…

А во время второго нападения все было еще жестче — в два часа ночи у подъезда моего дома меня подловили бандиты с автоматами и, держа на прицеле, требовали, чтобы я написал бумагу, что театру ничего не нужно, что нам отлично живется на Новом Арбате и от новых помещений я отказываюсь.

- И как же вам удалось ситуацию переломить?

— Я провел с ними режиссерскую беседу. Просто сказал, что если бы это был мой частный театр, если бы речь шла о частной земле, то я бы мог от всего отказаться. А так — подписать я могу все, что угодно, но что дальше? Театр-то государственный. И хотя это были только исполнители, они меня услышали.

- Даже не представляю…

— Морально очень тяжело было, конечно. А еще параллельно у меня начала развиваться карьера за рубежом. И, конечно, у меня были интересные предложения. До сих пор меня многие считают идиотом, потому что я отказался стать художественным руководителем Канадской национальной оперы, Шведской королевской оперы… А в этих странах об этом уже писали во всех газетах.

- И почему же вы остались? Что остановило — неужели любовь к родине?

— Любовь к Чайковскому, Пушкину, Покровскому, Вишневской, Ростроповичу, к коллективу "Геликона", к зрителям. Это люди, которые меня окружали, верили, помогали, допускали близко к себе. И тут бац… Как же я буду без них? Я чувствовал, что стану предателем, если уеду. Хотя там, за границей, были прекрасные условия: я бы не занимался никакими стройками, получал бы очень большие деньги просто за творческий труд и делал бы только то, что нравится. У меня было бы даже свободное время!

И, конечно, меня остановил мэр Москвы Сергей Собянин, который перевернул всю ситуацию, поверил в наш театр и взял под личный контроль нашу реконструкцию, выполнил больше своих обещаний. Теперь у нас самое красивое и технологичное театральное здание в Москве!

Сцена из оперы Фауст
© Фото: Анна Молянова, "Геликон-опера"
Сцена из оперы "Фауст"

От затопления уберег портрет княгини

- Здание "Геликон-оперы" было построено несколько веков назад, и, говорят, в нем происходят мистические вещи. Вот портрет хозяйки этой усадьбы княгини Шаховской, который висит у вас в гардеробе, будто бы спас театр от затопления.

— Княгиня Евгения Федоровна — наш друг. Раньше у здания вообще не было фундамента, а самый большой и современный зал "Стравинский" построен с нуля, на месте двора. Для этого пришлось углубиться на 30 метров. А под нами течет река Волхонка. Строили нас три разных подрядчика. И один из них, который сейчас находится в розыске, на месте котлована сделал что-то не так. И когда последний подрядчик все закончил, а он был совершенно потрясающим, в зрительской части, где находится гардероб, в стенах стали появляться трещины и начала сочиться вода. Строители все время "лечили" стены, делали всякие инъекции, но рано или поздно вода снова проступала.

А у нас был портрет княгини Шаховской, который мы заказали у художника Анатолия Нежного еще до реконструкции. Он висел в фойе на втором этаже, но после реконструкции, когда там восстановили интерьеры XIX века, туда не вписался. И вот я говорю: давайте повесим картину внизу, и княгиня будет встречать всех зрителей. Повесили, и вода сразу прекратила сочиться. Год прошел, а до сих пор все сухо.

- А еще рассказывают про черную кошку, которая пришла в театр сама, когда после реконструкции в здании завелись крысы.

— Тоже очень загадочная история. Крысы стали настоящей напастью театра — они исчислялись сотнями. Травить химикатами их было нельзя — забились бы в системы вентиляции и нарушили бы все. Тогда мы завели котов, но они ничего не делали. И вдруг откуда-то появилась черная кошка, которая стала так активно ловить крыс, что они тут же исчезли. Причем она как будто клонируется — не раз ее видели одновременно в разных уголках театра.

Многие считают, что это и есть княгиня Шаховская. Она ведь и на поклоны вместе с артистами выходит…

- Точно мистика какая-то…

— Это здание с огромной историей. Тут Екатерина II пила чай с первой хозяйкой дома княгиней Дашковой. Здесь бывали Пушкин, Чайковский. Сама княгиня Шаховская устраивала представления и концерты. Здесь шли спектакли оперы Зимина, Шаляпин спел семь ролей…

Так вот — до реконструкции вахтеры рассказывали мне, что часто в тишине слышали какие-то шаги. А еще однажды охранник рассказал, что ночью кто-то заперся в одном из залов и стал играть на рояле. Когда открыли дверь, там никого не было…

Сцена из оперы Фауст
© Фото: Анна Молянова, "Геликон-опера"
Сцена из оперы "Фауст"

Работаем в режиме нон-стоп

- Если уйти от мистики и вернуться к реальности — над чем сейчас работает "Геликон", что ожидать зрителю в новом сезоне?

— Сейчас у нас огромное количество всего в работе. Из спектаклей в январе опера "Турандот" Пуччини с Владимиром Ивановичем Федосеевым, потом будет "Трубадур" Верди, Кирилл Серебренников ставит оперу "Чадский" современного автора Александра Маноцкова, наш режиссер Илья Ильин поставит "Семь смертных грехов" на музыку Курта Вайля. Огромная программа по новым спектаклям плюс огромнейшее количество концертных проектов. Мы работаем в режиме нон-стоп, как на настоящей фабрике.

872
Теги:
интервью, "Геликон-опера", Дмитрий Бертман, Россия
По теме
Бертман: связь между театрами Эстонии и Москвы была всегда
Бертман: концерт после переноса Бронзового солдата закончился братанием
Бертман: частица души Класа навсегда останется в театре "Геликон"
Комментарии
Загрузка...