Жители Ленинграда берут воду из проруби.

Блокада: надо сделать все, чтобы такого не повторилось

88
(обновлено 15:45 04.05.2016)
В рамках специального проекта Sputnik Эстония "Лица войны" мы продолжаем публикацию историй о тех, кто был участником и свидетелем Второй мировой войны.

ТАЛЛИНН, 4 мая — Sputnik. Историю о блокаднице и удивительном человеке Анне Александровне Архиповой прислала нам Илона Цветкова. Илона познакомилась с ней несколько лет назад и была тронута ее позитивным отношением к жизни.

В свои годы она великолепно читала стихи собственного сочинения, радовалась каждому дню и заряжала своей энергией. Как вспоминает Илона, она смотрела на эту хрупкую женщину и не могла налюбоваться! Внутренняя красота этой женщины, добро, отличное чувство юмора и тонкий вкус изменили ее отношение к жизни!

Рушится ночью небо,
Голод и стынь с рассвета…
Если бы я здесь не был,
Я б не поверил в это.

Юрий Воронов

Повествование ведется от лица самой Анны Александровны.

Анна Архипова.
© Фото: из личного архива семьи
Анна Архипова.

Блокадная трагедия. Прошлого не забыть

Прошло уже много лет, поколение, пережившее войну и блокаду, состарилось. Тяжело вспоминать эти страшные годы.

Наша семья жила в городе Колпино, недалеко от Ленинграда, теперь это район города. Там находится знаменитый Ижорский завод, основанный Петром I в 1703 году, который выпускал судовые машины, танки, прессы, прокат.

В 1941 году я окончила среднюю школу, а 16 июня был выпускной вечер. Счастливые, веселые, повзрослевшие мы думали о будущей жизни. Но уже шли "сороковые, роковые" и началась война. В конце августа 1941 года фронт был в трех километрах от города. Помню, 28 августа я вышла на улицу, и около меня упал осколок. Это было первое знакомство с настоящей войной. Он не задел меня, но было очень страшно.

Танки на Дворцовой площади
© Sputnik / Борис Кудояров
Танки на Дворцовой площади.

Пройти к Ленинграду немцам не удалось. Ижорцы героическими усилиями остановили врага, не пустили в Ленинград. И завод работал, отремонтированные танки шли на фронт.

Мой будущий муж, Рэм Блюм (в будущем профессор, доктор философии Тартуского университета), шестнадцатилетний рабочий-слесарь Ижорского завода, записал тогда в дневнике: "Немец бил шрапнелью. Мы прекратили работу, сидели в корпусе танка".

В Ленинграде начались ежедневные артобстрелы и бомбежки, где-то все время грохотали взрывы. Было очень страшно. Когда горели Бадаевские склады продовольствия, шлейф дыма с запахом горелых продуктов тянулся над городом. На место Бадаевских складов люди ходили собирать землю, пропитанную сахаром, ее клали в воду и пили.

Бесконечные бомбежки и обстрелы не прекращались. Жизнь становилась совсем невыносимой. Уже пять раз снижали норму хлеба, в декабре служащие и дети получали по 125 грамм, вместо крупы давали 200 грамм картофельной муки на декаду. В хлебе была смесь из целлюлозы, древесной коры, кожевенных отрубей. Дома, предприятия погружались во тьму. На Ленинград обрушился страшный, убийственный голод.

Известная поэтесса Ольга Берггольц писала:

"… о ночное воющее небо,
Дрожь земли, обвал невдалеке,
Бедный ленинградский ломтик хлеба,
Он почти не весит на руке…"

Вдвоем с сестрой

Мама не выдержала, умерла. Мы остались с сестрой вдвоем. Моя сестра Валя иногда ходила за хлебом. По дороге она съедала часть пайки. Я свою долю, 125 грамм, делила пополам. Тогда я сказала, что будем ходить вдвоем и каждый будет получать свой паек отдельно. Нам в этот момент неожиданно повезло: однажды пришел военный и предложил обменять водку, которую нам дали по карточкам, на хлеб. Мы согласились. Какая это была радость держать в руках буханку хлеба!

Мы поели немного, а остальное я решила спрятать на чердаке, где мы и жили. Когда я перелезала через балку, то увидела пакет с сухарями, примерно полкилограмма. Я изо всех сил закричала, сестра сразу прибежала, мы радовались такой находке и плакали. Однажды я проснулась от страшной боли в желудке. Это был протест организма, такое выдержать было невозможно. Весной у меня обнаружили плеврит, я лежала в больнице. Когда стали эвакуировать жителей Ленинграда по Ладоге и моя сестра Валя уехала, мне пришлось остаться, потому что доктор сказал: "А что, если в дороге будет хуже?"

Одна в блокаду

Тогда умирали целыми семьями, иногда прямо на улице лежали трупы.

Строительство оборонительных сооруженией
© Sputnik / Давид Трахтенберг
Строительство оборонительных сооруженией.

Я работала вязальщицей в трикотажном цехе артели "Колпинкооп". Все наши изделия шли на нужды фронта. Рабочий день продолжался 12 часов. Весной после работы мы убирали улицы и помогали ослабевшим людям.

Зима 1942 года была очень холодной, обстрелы, бомбежки, потери близких дорогих людей, раны, болезни, цинга, дистрофия. Где-то все время грохотали взрывы, небо было красным то там, то тут.

Табличка на доме блокадного Ленинграда
© Sputnik / Сергей Шиманский
Табличка на доме блокадного Ленинграда.

И вот дождались. 18 января 1943 года кольцо блокады было прорвано. Первая важная победа! А в феврале 1943 года было наступление из района Колпино. Я вспоминаю, как ночью прибывали войска, вооружение. И 10 февраля началось. По всей главной улице выстроились "Катюши" и дали залп. Описать это трудно. Надо было слышать и видеть! Над нашими головами висели снаряды вроде бутылок. Мы радовались и кричали: "Ну, фашисты. Пришел вам конец!" А потом земля поднималась до неба. "Катюши" быстро уехали, как улетели. Это было засекреченное оружие.

Вечером немцы стали бомбить, обстреливать, но ценой героических усилий Ижорский батальон в город их не пустил.

Черная метка

А в мой дом попал снаряд, и дом сгорел дотла. Добрые люди помогли и дали самое необходимое. Мы жили в бомбоубежище, спали в пальто. Самое дорогое, что у меня было, это сумочка с карточками, без которых выжить было просто невозможно.

Обстрел Ленинграда
© Sputnik / Всеволод Тарасевич
Обстрел Ленинграда.

Однажды я попала под бомбежку. Я спряталась около больницы, больше некуда было. И о ужас, на меня летит бомба и свистит у..у..у..у. Вот этой летящей бомбы не забыть. Она мне угрожала смертью, и она была рядом со мной. Я молила: "Господи, спаси!". В голове что-то щелкнуло, и я потеряла сознание. Меня нашли несколько часов спустя. Потом выяснилось, что осколок попал в висок, глазную кость. До сих пор осталась черная метка. Бывают и такие случаи.

После долгожданной Победы ко мне в Колпино приехали две сестры и брат. Теперь мы опять были вместе, великое горе, что родители погибли. А мы остались сиротами.

Вспоминаю сейчас эти 900 дней. Опять волнуюсь. Все надо сделать, чтобы такое не повторилось.

Мирная жизнь

А жизнь шла своим чередом. Молодое поколение училось, работало. Пережив страшные военные лишения, мы вступали в жизнь досрочно повзрослевшими. Это была наша комсомольская молодость. Я тогда работала в райкоме комсомола, инструктором, потом секретарем. Тогда я и встретила свою судьбу — Рэма Блюма, заместителя секретаря комитета комсомола Ижорского завода. У нас было удивительно много общих понятий: оценок жизни, дел и интересов. Мы были единомышленниками.

Но снова трудности, препятствия. Главной целью сталинской политики было унизить человека, лишить его основных прав. В это время (1949 год) меня сняли с должности секретаря райкома из-за того, что мой муж был еврей. Заседание пленума было бурным: комсомольцы протестовали против этой расправы. Я в это время была в декретном отпуске. "Дело врачей" положило начало травле, обыскам, судам, арестам. Страшное это было время.

После окончания Ленинградского университета моего мужа нигде на брали на работу. А Ижорский завод, на котором он работал во время войны, не имел права принять его на работу слесарем, потому что у него было высшее образование.

Переезд в Эстонию стал спасением

Неожиданно в 1952 году пришло спасение: однокурсник приглашал в г.Тарту, в Учительский институт, работать лаборантом.

Ратушная площадь в Тарту, Эстония
Ратушная площадь в Тарту, Эстония.

Теперь вся наша жизнь была связана с Эстонией. Позже мой муж перешел на работу в Тартуский университет, где проработал до последних дней своей жизни. До сих пор многие студенты вспоминают лекции, которые им читал профессор Рэм Блюм.

Я окончила Тартуский университет, была назначена директором 2-й вечерней средней школы и проработала на этом посту 25 лет. Подрастали дети — дочь и сын. Мы прожили вместе более сорока лет, вместе переживали радости и горести, поддерживая друг друга. В нашей семье царил дух свободы.

Дети и внуки — наша любовь, гордость, волнения и надежда.

Анна Александровна Архипова ушла из жизни в 2014 году.

 

Мы ждем писем от наших читателей с историями о своих родных и близких, кому мы благодарны за то, что сейчас живем.

Для участия в проекте "Лица войны" пришлите небольшой рассказ о периоде жизни вашего родственника или друга, связанном со Второй мировой войной, в редакцию Sputnik на адрес электронной почты: info@sputnik-news.ee. Вместе с текстом обязательно пришлите одну или несколько фотографий из семейного архива в электронном виде.

Непременно укажите имя и фамилию героя истории, желательно уточнить, когда и в каком полку он служил, на каких фронтах воевал. Вы можете рассказать один или несколько эпизодов по его воспоминаниям или воспоминаниям его друзей, однополчан. Также можно описывать истории тыла, оккупации и лагерные истории военного времени.

Рассказы и фотографии присылайте до 8 мая включительно.
Мы будем публиковать портреты героев и истории о них на нашем сайте в специальном проекте по мере их поступления.

Вечная память всем участникам Второй мировой войны и работникам тыла, кто нас уже покинул. Низкий поклон за победу над фашизмом тем, кто среди нас.

88
Тема:
Лица войны (25)
По теме
Николай Васильевич Черышев. Семья узнала о герое спустя 36 лет
Лица войны: авиационный механик Шилов обеспечил 463 боевых вылета
Лица войны: герой 94-го погранотряда
Комментарии
Загрузка...